загрузка

Новая версия сайта Изборского клуба
 


ОЦЕНКИ. КОММЕНТАРИИ
АНАЛИТИКА
19.11.2016 Уникальная возможность подготовить текст общественного договора
Максим Шевченко
18.11.2016 Обратная сторона Дональда Трампа
Владимир Винников, Александр Нагорный
18.11.2016 Академия наук? Выкрасить и выбросить!
Георгий Малинецкий
17.11.2016 Пока непонятно, что стоит за арестом
Андрей Кобяков
17.11.2016 Трампу надо помочь!
Сергей Глазьев
16.11.2016 Трамп, приезжай!
Александр Проханов
16.11.2016 Место Молдавии – в Евразийском союзе
Александр Дугин
15.11.2016 Выиграть виски у коренного американца
Дмитрий Аяцков
15.11.2016 Победа Трампа и внешняя политика России
Николай Стариков
14.11.2016 Вольные бюджетники и немотствующий народ
Юрий Поляков



Идея для Китая

Михаил Хазин

Как модель экономики влияет на обороноспособность страны? Сменится ли нынешняя гегемония США доминированием развитых стран в ряде регионов? Какие взаимоотношения с Китаем наиболее благоприятны для России c точки зрения ее обороноспособности? Возможен ли тесный союз между нашими странами, их экономиками и структурами ОПК? Об этом в беседе с «Военно-промышленным курьером» размышляет известный российский экономист, публицист, радио- и телеведущий Михаил Хазин.

– Михаил Леонидович, достаточно распространена точка зрения о том, что накапливая казначейские обязательства США, Китай покупает себе безопасность. Резервы становятся страховкой от американской агрессии. Как, по-вашему, это упрощенное понимание вопроса или оно неверно в принципе?

– Проблема Китая состоит в том, что, кроме американских казначейских обязательств, объема резервов у него просто не существует. Он предпринимал попытки закупить материальные активы, порты, заводы в тех же США, но из этого ничего не получилось. Соединенные Штаты на эту сделку не пошли. Так же, кстати, они поступили с Россией. Американцы очень жестко контролируют доступ к собственным современным технологиям.

– Отношение США к Китаю общеизвестно. На уровне геополитики оно прописано в американской стратегии национальной безопасности. О том же, как Китай относится к США, неизвестно ничего или почти ничего. Можем мы на основе доступной информации смоделировать эти отношения?

– Для Соединенных Штатов никакой геополитический соперник сравнимой с ними мощи неприемлем. Они в принципе неспособны долго разговаривать с кем-то на равных. Отношение Китая к США также резко негативное. Между двумя этими странами мы наблюдаем жесточайшее геополитическое соперничество. И те, и другие пытаются захватить рынки Евросоюза: США – развивая атлантическое партнерство, Китай – реализуя свой проект нового Великого шелкового пути. События на Украине, формируемые предпосылки потенциального взрыва в Средней Азии – за всем этим просматриваются американские попытки не пустить Китай в Западную Европу по суше. Идет борьба за позицию России. Чем она закончится? Есть серьезные основания считать, что в нынешней ситуации США на какое-то время откажутся от идеи глобального доминирования в связи с тем, что она сегодня экономически нереализуема. Это станет возможным в случае прихода к власти Трампа. Что касается Китая, он фактически уже отказался от идеи стать мировым гегемоном и сосредоточился на региональном проекте. Косвенное свидетельство этого вывода – тот факт, что Китай принял как должное решение крупнейшего банка Европы – британского HSBC отказаться от идеи переноса своей штаб-квартиры обратно в Гонконг и оставить ее в Лондоне.

Китай расстается с идеей глобального доминирования. Здесь пришли к власти откровенные националисты, которые собираются заниматься прежде всего внутренними делами.

– В Совете Безопасности ООН Китай по всем принципиальным вопросам всегда голосует так же, как Россия. Чем это можно объяснить?

– Это связано с тем, что и наша страна, и Китай сегодня являются геополитическими противовесами США. В России внутриэкономическая политика полностью контролируется проамериканскими силами, но внешняя находится под контролем президента, который, как и китайское руководство, выстраивает модель противостояния Соединенным Штатам. При этом Китай и Россия не являются близкими союзниками в реальности. Для первой из этих стран вторая экономически слишком слабая. Кроме того, как я уже сказал, в экономической сфере в РФ господствует проамериканская «пятая колонна». Это не дает возможности установить по-настоящему партнерские отношения с Китаем.

– В то же время Пекин жестко критикует экономическую политику России, особенно деятельность нашего правительства. Можно вспомнить декабрьскую статью «Синьхуа», приуроченную к визиту Медведева. Слышат ли в Москве китайских товарищей и как реагируют на их позицию?

– Пока никак не реагируют. Нашему правительству неинтересна китайская критика. Российский кабмин прислушивается только к мнению Вашингтона. Что касается Путина – он, очевидно, знает о позиции Пекина, но у главы государства есть свои ограничения. Прежде всего он понимает, что Россия пока не готова к прямой конфронтации с США. В отличие от Китая, который имеет аргументы против Штатов. Они были несколько лет тому назад предъявлены – когда китайцы сбили свой собственный спутник. Россия стала предъявлять аргументы только в ходе операции в Сирии. В ответ получила контраргументы. По указанию Вашингтона российский Центробанк обрушил отечественную экономику, в результате экономический спад у нас усилился в три-четыре раза. Так что Россия сегодня может противодействовать США только пассивно.

– В экономике Китая, прежде всего в финансовой сфере, добыче и переработке полезных ископаемых, оборонной и космической промышленности, огромную роль играют госкорпорации. Насколько можно судить по основным показателям, действуют весьма эффективно. В отличие от российских, которые на фоне своих соседей выглядят бледно. В чем, по-вашему, секрет экономических успехов китайских госкорпораций? Сказывается руководящая и направляющая роль КПК?

– В Китае до сих пор существует система глобального планирования. Более того, она куда сложнее, чем существовавшая в СССР, потому что в КНР Госплан – это только часть, структурное подразделение Генерального штаба, который увязывает в единое целое геополитические и экономические конструкции. В России нет системы централизованного планирования, ведомства выступают друг против друга. Вышестоящие инстанции не демонстрируют заинтересованности в развитии ключевых отраслей. Так, Центральный банк и правительство делают все для того, чтобы машиностроение не могло нормально функционировать. Трудно ожидать в такой ситуации хотя бы минимальной эффективности той или иной отрасли.

– Кто и как управляет китайской экономикой? Верно ли, что за стратегическое планирование отвечает Центральный военный совет КНР и его глава фактически является первым лицом государства?

– Система управления в Китае устроена иначе, чем в России и США. Китай – очень клановое государство, в компартии существуют и конкурируют между собой три большие группы. Условно назовем их коммунистической (она связана с именем Цзян Цзэмина), группой проамериканских реформаторов Ху Цзиньтао – бывших комсомольцев и националистами, возглавляемыми Си Цзиньпином. На последнем 18-м съезде КПК объединенные силы коммунистов и националистов очень сильно потеснили проамериканскую группировку. Ху Цзиньтао впервые за много лет не получил пост руководителя группы военных советников, уйдя с поста генерального секретаря компартии.

Сейчас в Китае крайне напряженная внутренняя ситуация. Его также затронул серьезный экономический кризис, который, на мой взгляд, является зеркалом американского. Пока неясно, чем это закончится.

– Китай – многонациональное государство, а таким всегда нелегко управлять. Принято считать, что объединяющую, цементирующую роль в Поднебесной играет КПК. Или есть и другие – духовные, ментальные – скрепы?

– Называть Китай многонациональным государством – преувеличение. Потому что подавляющую часть населения составляют ханьцы. Другое дело, что Южный и Северный Китай очень сильно различаются. Южные китайцы похожи на вьетнамцев, а северные больше по фигуре походят на нас с вами, вероятно, сказывается примесь маньчжуров и других народов. Хотя все они воспринимают себя китайцами. В идеологическом плане возвращаются постулаты национализма. При всем при этом у китайцев пока нет той базовой идеологической схемы, согласно которой они будут выстраивать свое развитие дальше. Если посмотреть на историю страны, а у китайцев время не линейно, как у нас, а периодично, то окажется, что раньше они всегда принимали чьи-то идеологемы. Китайцы сейчас любят обращаться к самому успешному в своей истории периоду династии Тан, когда в качестве базовой идейной конструкции была принята христианская схема. Тогда несторианские общины в Центральной Азии были достаточно многочисленны. Есть предположения, что Китай всерьез рассматривает вопрос о том, как бы усилить некоторую православную линию в своем мировоззрении. Это не значит, что они готовы у себя делать клон православной церкви. Все будет немножко иначе.

– Не думаю, что они готовы отказаться от конфуцианства...

– Не будем путать идею с конфессией, церковью. Патриархия им совершенно не нужна. Им идея нужна.

– Все мы помним песню «Москва – Пекин»: «Русский с китайцем братья навек, крепнет единство народов и рас…» Возможен ли долговременный геополитический союз России и Китая в XXI столетии?

– Сегодня нет. А вот в рамках некоего евразийского проекта – да. Но этим надо очень много заниматься. Сейчас же – увы! – никто не занимается…

ВПК 25.05.2016


Количество показов: 987
Рейтинг:  3.9
(Голосов: 7, Рейтинг: 5)

Книжная серия КОЛЛЕКЦИЯ ИЗБОРСКОГО КЛУБА



А. Проханов.
Новороссия, кровью умытая



О.Платонов.
Русский путь



А.Фурсов.
Вопросы борьбы в русской истории



ИЗДАНИЯ ИНСТИТУТА ДИНАМИЧЕСКОГО КОНСЕРВАТИЗМА




  Наши партнеры:

  Брянское отделение Изборского клуба  Русский Обозреватель  Аналитический веб-журнал Глобоскоп    Изборский клуб Нижний Новгород  НОВАЯ ЗЕМЛЯ  Изборский клуб Молдова  Изборский клуб Саратов

Счетчики:

Яндекс.Метрика    
         
^ Наверх